Глава 1. Один из Племени.

«N=R*f_p*n_e*f_l*f_i*f_c*L»

профессор Фрэнк Д. Дрейк

Хем проснулся от звука протяжного гула.

«Ни одно из животных не может…» - только подумал он, и пещеру сотрясло от мощного удара. В загоне раздались беспокойные всхлипы сеаплофарий – молочные растения были очень чувствительны к раздражению, особенно по ночам, требуя соблюдения абсолютной тишины. К тому же, от одной из них, через день или два, должна была отпочковаться свежая особь – это делало всю стаю сверхчувствительной и капризной, а редкость события требовала аккуратного и бережного отношения.

«Спокойно, спокойно» - Хем поглаживал каждое из растений по красному хохолку. Постепенно сеаплофарии успокоились, перестали ползать по загону и снова укоренились в питательную жижу, уснув до утра, когда нужно будет выходить на солнце для переработки пищи в молоко.

Заботы о растениях заняли у Хема много времени, и когда он вышел из пещеры, что бы посмотреть на причину странного звука и последующей тряски, ночь опять была спокойна. Только далеко, в Высоких Горах, поднимался, освещаемый светом двух лун, закручивающийся столб дыма.

«Если бы что-то шумело там – здесь не было бы слышно», – подумал Хем – «подумаю над этим утром, а сейчас не плохо было бы поспать. Судя по положению Большой луны, утро еще не скоро». Но сон не шел. Сев на камень перед пещерой, Хем сорвал стебель, пробил жестким ногтем отверстия, и вложил в рот. Теперь если вдыхать и выдыхать воздух, стебель начинал петь, а, закрывая дырочки, можно было заставить его петь веселые или грустные мелодии. Этим умением, насколько Хем знал, обладало только его Племя, и передавалось оно от старейшин - молодым, что бы они могли общаться в темных пещерах, и не теряли друг друга во время путешествий. Но Хем был Одним из Племени – ему не кому было рассказать о том, как заставить стебель петь, какие звуки лучше слышны в пещере, а какие - в лесу, научить мелодии, привлекающей сеаплофарий или отпугивающей маршмаста. Многие из них за свою долгую жизнь Хем придумал сам, и ему было жаль, что знания пропадут вместе с ним, если не вернутся другие Ушедшие за кристаллом.

«Ах, если бы я мог их научить всем моим мелодиям, может, путь Ушедших был бы легче и не таким опасным».

Однажды кристалл Племени погас и больше не выполнял своих функций, но самое страшное, что без кристалла Племя не могло расти – размножение без кристалла было не возможно. Только три перекрестка спустя, как Коем ушел на болота и не вернулся, Хем нашел сеаплофарий, которые могли размножаться, не используя кристалл. Но ему уже не кому было рассказать о своём открытии.

На поиски нового кристалла уходили лучшие охотники и разведчики территорий, но они не возвращались, а Племя слабело – добывать пищу становилось все опаснее, а защищаться от нападений болотных и пещерных зверей все тяжелее.

Когда их осталось совсем мало, старейшины решили разделить членов Племени на тройки. Они стали называться Трое из Племени – именно столько было нужно, что бы с помощью кристалла возродить род. Но в случае несчастья, с задачей могли справиться и двое. Тройки разошлись в разные стороны. Каждый должен был вернуться на место стоянки Племени, если удастся найти кристалл, и провести ритуал Возрождения.

Они стали зваться Ушедшими – поскольку только ушедший от куда-то, может вернуться туда. Вместе с Хемом ушли Коем и Ас – собиратель трав и охотник.

Ас погиб, когда на болотах, на них напал маршмаст – сказал, что бы они уходили, а он примет бой один. Когда Племя охотилось на маршмаста, участвовало не меньше пятнадцати охотников, и то бывало, что трое или четверо оказывались серьезно ранены. А уж говорить о том, что трое Ушедших смогут пережить схватку с болотным чудовищем – и говорить не приходилось. Коем и Хем ушли к окраине болот и три ночи ждали, что Ас вернется. Но он не пришел.

Два с половиной перекрестка они ходили по окраине болот и не найдя ни каких признаков кристалла, решили отправиться к Нет-лесу. В тот вечер Коем не вернулся с похода за болотными травами. Так Хем стал Одним из Племени. Только великие Древние знали, как использовать кристалл так, что бы силами только одного получилось целое племя. Поэтому поход Хема потерял смысл - он поселился в пещере на окраине Нет-леса и, выходил оттуда, только что бы найти пищу.

***

Однажды, играя на стебле, он проходил по разведанной безопасной тропе через Нет-лес к озеру. На мелодию к нему выползло странное создание: Это было, без всякого сомнения, растение, но оно передвигалось, используя корни, и, похоже, слышало его музыку. Когда Хем поменял мотив, растение раздуло красный хохолок, и, издавая фыркающие звуки, убежало обратно в чащу.

Хем заиграл по-прежнему, и зеленое существо выползло снова.

«Интересно» - подумал он, – «растение, которое любит музыку?» Играя, он подходил все ближе. Растение не убегало – видно ему нравилась мелодия.

- Ну-ка, - Хем выбросил руку вперед, пытаясь схватить растение. – Иди сюда!

Это было ошибкой! Растение, оттолкнувшись корнями, прыгнуло на него, повалив на землю. Хем ударился головой, и у него потемнело в глазах.

Когда он очнулся, Растение сидело на нем сверху, обвив корнями. Хохолок ритмично раздувался, а по корням пробегала ритмичная дрожь.

Проследив взглядом от основания корней, Хем увидел, что концы заходят под его мех! «Да оно же меня ест!» Свободной правой рукой он заколотил по растению: «А ну слезай с меня, я тебе не завтрак!» Ударяя куда попало, он задел колышущийся с боку растения мешковидный нарост с чем-то жидким. Белая вязкая жидкость брызнула ему в лицо. Растение гневно зафыркало и сжало корни, так что у Хема снова потемнело в глазах, но ему удалось остаться в сознании. Рука шарила по земле в поисках вещи, что можно использовать как оружие. Нашарив что-то твердое и длинное, Хем занес его для удара. В руке у него оказался поющий стебель! Вложив его в рот, Хем из последних сил дунул, зажав самые верхние дырочки.

Растение раздуло хохолок, и спрыгнуло с него. Вдохнув по глубже, Хем продолжил атаку. Мелодия яростно лилась из стебля, заставив хищное растение бежать обратно в чащу. Белая жидкость заливала глаза, мешая видеть, попадала в рот. «Надеюсь, что не ядовитая» - думал Хем, отплевываясь. Продолжая правой рукой играть на стебле, левой он протирал глаза. Неожиданно нахлынувшая боль в боку повалила его на землю. Хем взвыл от боли и прижал руки к ранам на боку. Рана была не большой, но глубокой. Но самое странное, что когда он прикоснулся к ней – она перестала болеть. Хем посмотрел на руку – она была испачкана в белой сладковатой жидкости, брызнувшей из растения.

***

Раны на боку затягивались удивительно быстро – уже через три ночи, на месте дырок, был только легкий шрам. Те же раны, куда не попала жидкость, болели целый перекресток. «Видно эта жидкость помогает ранам затягиваться» - Хем решил изловить растение, обладающее таким полезным свойством.

Старейшины запрещали ходить в Нет-лес – говорили, что хуже этого места только Нет-Нет-лес – область Нет-леса, в которой жил Мрак во времена великих Древних. Своей злобной силой Мрак изменил и без того гиблое место, сделав его совсем непригодным для жизни. Если Нет-лес был полон опасными, но все же живыми чудовищами – то Нет-Нет-лес выделялся черной проплешиной, простираясь до самых Высоких гор, не допуская жизнь в любой форме в свои владения.

Не смотря на запрет, Хем каждый день совершал разведывательные вылазки в Нет-лес, постепенно проложив относительно безопасную тропу к озеру, и узнав немного об обитателях опушки. В Нет-лесу росли удивительные растения – некоторые поджидали проходящих животных, завлекая яркими ароматными фруктами, при попытке сорвать которые, вокруг захлопывались жесткие листья, душа жертву.

Некоторые растения обладали острыми наростами на стебле, которыми выстреливали в проходящих мимо. Хотя их можно было обмануть – они замечали только быстрые шаги, и только по земле – наверное, чувствовали корнями. Если обернуть ноги в мягкие листья, и шагать, шаркая по земле, а, не топая – они не реагировали. Колючки очень удобно было использовать в хозяйстве для выкапывания или разрезания твердых кореньев.

Но ползающие растения Хем встретил впервые – именно из-за удивления потеряв обычную осторожность и пытаясь схватить диковинку. Но в этот раз он подготовился основательно: обмотал себя жесткими листьями, по прочности не уступавших камням, взял несколько разных по размеру шипов и сеть из тонких лиан. В сумку для растений он положил два готовых поющих стебля, что бы в ответственный момент не остаться без своего главного инструмента – музыки.

У Хема была отличная память на звуки, поэтому даже сейчас, спустя несколько ночей, он помнил привлекающую и отпугивающую мелодии, как будто сочинил их только что. Пройдя знакомую развилку на дороге, Хем вложил стебель в рот и заиграл. Спустя несколько мгновений, в зарослях слева от него что-то зашевелилось. Хем, продолжая играть, стал вытягивать сеть из сумки. Раздвинув кусты, на тропинку выползло растение – немного не похожее на первое, но точно такого же вида – с хохолком и наростами по бокам. Оно стояло и пофыркивало, раздувая хохолок – кажется, мелодия ему нравилась.

Хем расправил сеть и заиграл сильнее, надеясь подманить растение поближе, но эффект оказался противоположным – маленький хохолок забился в конвульсиях, растение закружилось на месте, ударяя корнями по земле. В кустах что-то пробежало, ломая ветки – видно громкая музыка спугнула ещё кого-то. Хем остановился, переводя дыхание. Замерло и растение. Казалось, оно всматривается в него, хотя ни каких глаз, или других органов зрения Хем не заметил. Возможно оно, как и многие растения Нет-леса ориентировалось на звук и чувствовало вибрации воздуха. Снова вложив стебель в рот, Хем заиграл размеренно и спокойно. «Значит, оно не любит резких высоких и громких звуков», - думал он – «интересно, а можно его заставить следовать за мной, играя мелодию привлечения».

Хем не был профессиональным охотником Племени, он собирал коренья, знал, какие растения могут заживлять раны, а какие – придавать силы в дальней дороге. Но бесшумно метать сеть он умел не хуже любого охотника.

Тонкая тень легла ромбиками на растение, через мгновение оно будет поймано. Но, пронзительно взвизгнув, растение прыгнуло, оттолкнувшись корнями, и сеть упала на землю. Хохолок беспокойно раздувался. «Оно не могло услышать, как летит сеть! А если бы могло видеть – его бы заслепило солнцем!» С досады Хем бросил поющий стебель на землю. Стебель подпрыгнул, упал и покатился, застыв в нескольких шагах впереди. А в следующий момент земля вокруг взорвалась пыльным столбом!

Когда пыль рассеялась, Хем увидел посреди облака огромное, покрытое пупырчатой кожей существо…Перед ним стоял маршмаст!

Видимо, он услышал мелодию, которую Хем начал играть слишком громко. «Вот и конец моему путешествию. Похоже, Один из Племени сейчас станет Последним из Племени». Маршмаст тяжело дышал, мощные легкие выдували воздух с силой, поднимавшей с земли мелкие веточки и листья. В рассеянном свете леса он видел плохо – мембраны, закрывающие глаза, работали как линзы под водой, но на суше все предметы сливались и превращались в набор ярких пятен. Ведя полуводный образ жизни, чудовище не уходило далеко от своих болот, где кожа пересыхала на солнце, стесняя движения, но не было хищника страшнее, не зависимо от места встречи – в воде или на суше.

Не смотря на огромные размеры, маршмаст мог в один прыжок преодолеть расстояние, которое лучший охотник племени пробегал за десяток ударов сердца. Приземлившись сверху, он мог раздавить ствол дерева, не говоря уже о хрупких телах его жертв. Но самым страшным был его язык. Липкий и длинный, он молниеносно настигал пытавшихся бежать, и, как рассказывали старейшины, утаскивал прямо в желудок монстра.

Бежать было бесполезно – Хем был как раз на расстоянии удара языка. Но и оставаться на месте было не возможно – как только пыль осядет и перестанет попадать хищнику в нос, он учует свою жертву. Хем стал медленно рыться в сумке в поисках чего-либо, что можно было бы использовать как оружие. Шипы растений, пучок трав, запасной поющий стебель – вот и все. Зажав шип в руке, Хем приготовился принять свой последний бой. «Который будет очень коротким», - пронеслось в его голове – «интересно, это очень больно, когда тебя переваривают живьем?». От странного и жуткого вопроса Хема передернуло.

Кусты снова зашевелились. На хруст веток обернулся и маршмаст: маленькое растении, раздувая хохолок, недовольно фыркало.

- Тебе жить надоело! – вырвалось у Хема. «Хотя, у растений может быть совсем другое представление о жизни в желудке у монстра»,- подумал он – «Что-то всякие глупости лезут в голову…». Между тем, растение выползло на дорогу, фыркая и раздувая хохолок, всем видом показывая, что маршмаст чужой на его территории. Огромный хищник поворачивался вслед за растением, в глотке у него клокотало – он явно готовился выпустить язык.

Неожиданная идея пришла в голову Хема, одновременно безумная и казавшейся спасительной. Он отбросил шип и достал из сумки поющий стебель. Он заиграл высокие ноты, и растение, снова взбесившись, бросилось на него. Но на пути у него стоял маршмаст! Пока чудовище поворачивалось к новому источнику звука, растение, оттолкнувшись корнями, прыгнуло в сторону раздражающей музыки, впившись корневыми присосками в тело хищника. Маршмаст взвыл от боли, и раскрыв пасть, стал бить языком в разные стороны. Было видно, что от боли он не понимал, что делает.

Один из яростных ударов едва не достиг Хема – повалив с ног, но, не повредив – помогли жесткие листья, обернутые вокруг торса. Стебель выпал из рук и улетел в заросли. Нужно было что-то делать, не было известно, продолжит ли растение свою атаку, если его не подстегивать музыкой. Искать стебель в кустах было бесполезно, но тот, что Хем бросил на землю до атаки хищника, еще мог послужить. Пригибаясь от бьющего во все стороны языка, Хем перекатился и схватил стебель.